С днем рожденья меня.

Сначала я хотел написать пост про пост-модернизм, но потом мне в голову пришло много неприятных мыслей по этому поводу и я его зарезал. Лучше будет подать отжим из, так сказать, жизненных движений, благо их не очень много. С другой стороны, любое слово в наше время, даже самое экстраординарное, это все равно цитата, отсылка или пародия, то бишь отрыжка того самого по-мо, пошедшего на четвертый круг ресайклинга, и потому… Впрочем, на эту тему лучше не думать. Глисты в извилинах обычно полезнее, чем мозги без глистов.

Виенс. Про Mass Effect 3 вам сказать? Наверное, нет, ведь искусство в конце-концов забороло наркотики, а должно быть наоборот. Во всяком случае, такого ажиотажа внутри меня перед шестым числом марта не было никогда ранее и никогда не будет впредь. Славно. А в тамошний кооператив я все еще играю, так что присоединяйтесь, если что.
Между тем, Origin оказался поразительно заразной штукой. Я купил там с дюжину игр, половину из которых совершенно не собираюсь даже устанавливать. Это уже шиза или еще нет? Коллекционировать коробки это одно, а вот нули и единицы — симптом нездоровый.

Диви. Поселок Сараны представляет собой самый обыкновенный российский поселок. Шахта там существует с 1888 года и, надо думать, нравы, порядки, обычаи, традиции, состав населения, житейский уклад, дороги, дома, магазины, собаки, столбы, снег, спутниковые тарелки, помойки и банкомат (один) — тоже. Вы даже не представляете себе, какой дикостью выглядела ухваченная из работающего раз в неделю телевизора реклама «Билайна» с Артемием Татьяновичем в гл. р. А ведь формально он катается по той же самой расхристанной и нищей России, что и приютила означенные Сараны.
Мой дед был шахтером (а отец — буровиком. А я — буровик в шахте. Надеюсь, если у меня будут дети, то только девочки), но я сам доселе никогда на глубину триста метров не спускался. А потому был несколько озадачен подземным бытом: шахтеры спускаются вниз только с одной целью — не работать. Свои положенные восемь часов они тратят на домино, чай и витиеватые матюги, но судить их не получается как-то — за оклад в восемь тысяч рублей (да, королевской жизни не видать) я бы на их месте даже в клеть не полез. А они ничего, ходят. В основном, правда, за не скраденной пока еще медью и относительно ценным камнем уваровитом. Ну да и ладно.

Трис. Никогда больше ничего не куплю на «Озоне». Они с двадцать восьмого (февраля, не марта. Ну, на всякий случай уточняю) везут мне книгоблок. Я даже порой забываю про его судьбу, и, пожалуй, лучше всего ему будет прибыть когда-нибудь в году 2030, когда я уже сдохну, чтоб не пришлось краснеть перед потомками за ту гадость, что я читаю сейчас. В принципе, современный человек уже лет десять не может считаться таковым, если у него за пазухой не водится хотя бы одной истории о гнусном обмане, учиненном ему подлыми работниками интернет-дистрибьюции. Так что все путем.

Четри. Скажите, у кого-нибудь из вас водится планшетник? Что посоветуете? А что не? Не из праздного интереса спрашиваю, конечно, ведь в жизни каждого мужчины наступает момент, когда он должен смело выйти на улицу и купить в ларьке дорогущую и совершенно бесполезную вещь в русле текущего фетиша. В общем, жду комментариев.

Ну а у вас как дела?

Если лжплус все сделал правильно, на момент публикации этого поста я буду находиться в поселке Сараны Пермского края нашей необъятной Р.
Поселков в необъятной много, так что про этот конкретный вы, вполне возможно, не слышали никогда. Поэтому я поясню: там находится некая шахта по добыче хромитов (минеральные агрегаты такие. В статье о них на «Википедии» это месторождение даже упомянули). Вот она-то и является целью и интересом.
Надолго ли еду, я пока не знаю, но раньше марта не ждите. Как всегда покорнейше прошу вас оставлять время от времени записи в комментариях к этому посту (они скрыты, естественно, так что не стесняйтесь), мне будет приятно.
До встр.

( Написанный пост о ненаписанных постах, исполненный самолюбования )

Далеко в горах, к юго-востоку отсюда, в месте, где разум властен над временем и пространством, а время и пространство сидят себе и не рыпаются, жил, живет и будет жить древний патриарх благомыслия и духовного совершенства. Назовем его скромно — Учителем.
Было у Учителя три любимых ученика: Валиго из ветхого рода Вно, коего Учитель именовал Сарварта или Достойный. Хол, коего Учитель именовал Балонматтавадева, то есть Безумный. И последний, Сергей, коего Учитель именовал Дурбуддхи, то есть Тупой. Были и другие ученики, число им несметно, но их души были не столь открыты к всесокрушающему потоку истинной мудрости, извергаемой Учителем, особенно после хорошей трапезы. Они, в основном, занимались тем, что собирались подле костра и пели похабные песни на языке западных варваров или воровали помидоры у окрестных селян. Обворовываемые крестьяне, отчаявшись, вбухивали в помидорный урожай все свои запасы пестицидов, но ветер нес вести о неземном блаженстве философии Учителя далеко за Оплот Снегов, так что убытка школа Учителя не знала.

***
Однажды Дурбуддхи взошел в мандир Учителя и, проведя приветственную четырехчасовую медитацию, задал Ему вопрос, который терзал юную и алкающую познания душу ученика.
— Учитель, я пришел к тебе и принес вопрос столь легкий, что взмывает вверх даже в безветренную погоду. Вопрос столь тяжкий, что тонет в капле утренней росы. Ответь мне, Учитель, принеси мир моей душе.
— Слушаю тебя, Дурбуддхи.
— Учитель, ты много раз говорил, как достичь блаженства в жизни. Сахасракртва, тысячу тысяч раз мы писали на глиняных табличках твои, несомненно, верные слова о значении нашего присутствия в материальном облике Атмана. Но я желаю знать, что будет после смерти. Не разверстались твои уста, не произносили они слов об этом. А между тем, многие религии и учения уделяют данному вопросу самое пристальное внимание.
— Все эти религии и учения лгут, Сергей. Они слуги Митхьи. Все они продают непродаваемое, очерняют белое и обесцвечивают черное. Они называют…
— Ладно-ладно, Учитель, я понял. Больше конкретики, пожалуйста.
— То Дхарма, то Артха, это и есть Брахман. Услышь и прими духом.
— И все-таки. Что же будет после смерти?
И узрел Учитель, что суета опаляет сердце глупого ученика. Что опасно приближается он к темной материи недуховного деяния. И потому принес Он кратковременный мир в беспокойную душу Сергея увесистым прямым ударом в челюсть. И по возвращении из Самадхи тот уже ничего не помнил.
Хотя Учитель и не любил конкурентов, он всегда повторял дельную мысль, высказанную одним из них: во многом знании, много печали, и кто умножает свое знание, умножает свою скорбь.

***
Как-то раз Учитель зашел в бхоянасалу к ученикам, чтоб радость от созерцания сотен мерно жующих челюстей наполнила огромное сердце Его. Увидел он, как слева бочком подбирается к нему Сарварта. Сразу Патриарх разглядел в его метущейся душе важный вопрос и приветствовал его словами:
— Тваи, Сарварта. Какая забота привела тебя ко Мне с вопросом?
— Истинно великомудр Ты, Учитель. Я хотел узнать у тебя то, что, как я сейчас вижу, и привело меня к Тебе. Это вопрос, на который можешь ответить только Ты.
— Кажется, ты хочешь узнать о том, какая сила в этом мире способна разрушить ненависть и установить царствие любви. Которая победит цикл перерождений и восстановит власть духа. Которая истребит зло во славу добра. И я могу тебе ответить.
И тихо стало в трапезной, настолько тихо, что слышно было, как на ступени мандира ложится невидимая пыль, как с лепестка лилии на пруду падает на воду капля непорочной влаги, как в близлежащей роще беглые каторжники насилуют пастушку.
— Что же это, о мудрый Учитель?!
Выдержав должную паузу для пущего саспенса, молвил Всемудрый:
— Геноцид.
И выдохнули сотни ноздрей, и склонились сотни голов в почтении.

***
Неделю уже Хол не знал спокойствия. И без того обыденно буйный, на этот раз он совсем обезумел. Что-то давило его изнутри, заставляло глаза вылезать из орбит, узловатые пальцы конвульсивно сжиматься словно бы в удушающем захвате, а воздух вылетать из ноздрей с такой силой, что повалила бы и молодой дубок.
Видел все это Учитель и попросил облегчить того свою ношу словами.
— Учитель, я вижу зло. Я вижу гниль, душкирти, противное Брахме и Атману. И оно собралось воцариться, уже воцарилось на пределах государства людей! Они воруют и жульничают, грабят и убивают, насмехаются над богами и отрицают мудрые наущения. Как нам сокрушить их?
— Скажи, Хол, ты уверен, что не ошибся в выборе облика своих врагов?
— Уверен!
— Скажи, Хол, ты уверен, что не интерпретируешь их деяния в силу предубежденности?
— Уверен!
— Скажи, Хол, ты уверен, что знаешь, кто должен прийти на их место?
— Уверен!
— Мне хотя бы не ври, гнида ты паскудная!
И убоялся Хол, и рассеялось наваждение, и склонил он голову в почтении.

Продолжение — будет.

514. Thurisaz — The Cimmerian Years (atmospheric melodic black metal)



Несколько иная изобразительная манера, взятая в прием группой для обложки (скажи «нет» «Руритании»!), в полной мере отразилась и на состоянии дисковых внутренностей. Не помню, было ли раньше все так, ммм, туманно. По-моему, нет. Экстремальности не завезли, чистого вокала плеснули ну очень много, гитары причесали. Почему это вышло на безвестном лейбле с чисто «векторным» названием? Можно хоть сейчас на Napalm. Не сочтите за придирки. Неплохая пластинка-то. Но это уже совсем другой Thurisaz.

( +53 )

457. Skinny Puppy — Handover (techno-industrial)



Имя работает на Skinny Puppy. Вернее, против. Зная о мытарствах данной формации, можно позволить себе пройти мимо Handover. И кое-что потерять.

( +56 )

400. Pergalė — Horizontalios Maldos Palaima (avantgarde metal)



Уау! Действительно, неведомый мне доселе проект с именем довольно известных местных конфет (будете в Риге — попробуйте обязательно) махом вскарабкался на пристойное место в сонме лучших в 2011 и может преспокойно поплевывать на лоснящиеся плеши более именитых, но облажавшихся. Молодцом, короче. В принципе, от них требовалось не так много, ведь хороший авангардный металл нынче встречается довольно часто, а рецепт выпечки доступен всем. Однако экспортеры шпрот серьезно расстарались, начинив свой альбом горстями изюма, которого, например, нет у Virus. И вряд ли кто-нибудь не сможет оценить по достоинству пергальные клавиши.

( +56 )

343. Moonsorrow — Varjoina Kuljemme Kuolleiden Maassa (epic folk metal)



Пухлое творение финских гусляров вполне достойно быть включенным в расширенный список доставивших удовольствие альбомов этого сезона. Но вот незадача — на откровенное былинные и я бы даже сказал преславные знаменации встречаются и невыносимо рассусоленные в пространстве безлепицы, что вообще трудно и до конца-то дотащить.

( +56 )

286. La Sera — La Sera (pop)



Дрянь дело. Зачем я это вообще слушал?

( +56 )

229. Hauschka — Salon des Amateurs (piano/chillout)



Судить альбомы в стиле «чиллаут» — полная ерунда и профанация. Они, собственно, вообще не замышляются для побуждения чего-либо оценочного. Они бы были целиком счастливы, даже если б их вообще никто не слушал.

( +56 )

172. Enoch — The Hierophant (stoner/doom metal)



А все же нет по эту сторону Магелланова облака музыки более мужской и правильной, чем стонер. С этим даже спорить глупо, достаточно на рожу типичного стонерщика посмотреть. А стонер + сладж или стонер + дум это и вовсе торжество маскулинности и настоящих мужских ценностей. Бухло, бабы, дурь в разнообразных пропорциях. Правда, всего этого вы в Enoch вряд ли услышите. Но на грамотность и крутизну альбома это не повлияет.

( +56 )

115. Cult of Erinyes — A Place to Call My Unknown (black metal)



Бельгийскую школу блэка я скорее уважаю, нежели не. Отдельных представителей я даже скорее ценю, а не наоборот. Вот и Cult of Erinyes — скорее интересный проект, чем убогий. Правда, есть в нем какой-то устойчивый звон даркфунераловщины. И это подозрительно.

( +56 )

58. b4kn — Octagon (chiptune)



Это якобы чиптюн, но какой-то не такой. В карманах носит недвусмысленные респекты олдскульным восьмибитным issues, но ни во что серьезное они так и не выходят. А ведь такого рода заезды, вынутые из корневой среды, стремительно рассеивают весь месседж, оборачиваясь нелепицей. Вы меня понимаете? Думаю, нет.

( +56 )

Ну, значит, как в прошлом году. За единственным только исключением — свободные картинкохостинги показали свою профнепригодность, так что теперича все свои обложки я обрабатываю дропбоксом. Остальное как раньше. Поехали!

1. 100blumen — Le Soleil N'est Pas Pour Nous (rhythmic noise)



Солнце не для нас. Есть какая-то внутренняя логика в том, что текущий полноформат (остался на будущий год) вышел на значительном Ant-Zen, а вот этот миник — на чуть менее массивном Le Petit Machiniste. В принципе обслюнявить и прожевать «Солнышко» можно не поперхнувшись. В силу объемов, скажем так. Но для этого надо обладать сопутствующим интересом, а с ним тяжело.

( +56 )

Forteresse — Crépuscule d'Octobre



Некоторые люди упорно пытаются достичь неких конкретных целей совершенно неподходящими для этого средствами. Проблема, надо думать, в излишне кубообразном складе мышления, а может и в полном его отсутствии. Результат по отношению к первичному устремлению завсегда получается известно какой (имя ему шиш), зато в процессе можно внезапно разродиться добавочной стоимостью, заслуживающей оценки самой по себе. Поэтому ситуация, когда некие граждане пытаются забороть войну употреблением наркотиков, выглядит забавной только сперва. На самом деле это нормально. Движуха за установление квебекского сепаратизма путем анудавайдавайнаяривания в русле блэка (остро модная в разрезе квебекской сцены идея, кстати. То есть две-три штуки соответственно лабающих коллектива найдется) нормальна чуть менее, но тоже хороша. Все лучше чем с транспарантами ходить.

Магритт был бельгийцем, а французы (в том числе и такие французы, которые канадцы) бельгийцев не любят. Но кое-какие его методики все равно позаимствовали. Вот например альбом называется «Сумерки октября», а на обложке нарисовано ячменное поле. Без сумерек и явно не в октябре. Параллелей с названием самого коллектива тем более не имеется. Внутри еще интересней. То есть треки хоть формально и посвящены беспощадной невидимой войне франкофонных кленоедов с англосаксонскими угнетателями, называются они весьма завуалированно. Что такое, например, «Призраки солнцестояния»? Конспирация, наверное. Чтоб враг не догадался. С чисто иллюстративной точки зрения, конечно, было бы гораздо лучше, если б на обложке никакой типографской самодеятельсности не было. Хотя вот так сразу требовать дизайнерских свершений от людей, которые только-только выбрались со дна черно-белой мазни с лесной пейзажистикой по фронту, наверное, не следует.

А что же мы имеем по сути? Описание потребительских характеристик, я полагаю, можно опустить. Люди, которые в курсе, что означает «атмосферик блэк», разберутся сами. Остальные сделают то же самое. У увлекающихся нарезанием бластбитов и тремоло волосачей, вообще говоря, не то что раз на раз, а раз на сто не приходится. Технический аспект воспламенения симпатий как был тайной, так и остался. Наверное, тем, кто пытается его расковырять, не хватает мозгов (да что там — «наверное» — так оно и есть). По факту из трех тысяч одинаковых с лица минималистских поделок греет душу одна, а прочие вызывают зуд в жопе. Forteresse по идее не отличаются ни от самих себя, ни от всех прочих. Но есть один нюанс. И нет, это не присутствие каких-то малопонятных скрипичных выделений. Какая право глупость (хоть и квебекский колорит, да. Тусклый и дохлый, но колорит). И не замыленный до невозможности звук — это как раз стандарт. И не средняя длина трека всего-то в жалких восемь минут вместо обычных пятидесяти. И не эмбиентовые вставки-фантомы, которые обильно присутствуют через альбом, а в промежутках вообще не появляются. И даже не приверженность галльскому национализму. А что тогда?

Когда я был совсем юн, мне очень нравились всякие замысловатые хреновины составленные из спичек. Материал убогий, а таланта особенного не требовалось, но внимание отчего-то занималось. И вот совершенно той же породы фокус наблюдается в исполнении Forteresse вот уже четвертый альбом подряд. Некоторые из блэковых бревен умудряются выточить шкатулку, некоторые — храм, а у канадцев получается гроб. Зато в нем очень комфортно лежится. И изнутри дубового ящика вполне можно не заметить существование более живых стилей унд исполнителей, не говоря уже о том чтоб почувствовать некоторый дискомфорт от одного и того же риффа, что тянется все девятиминутное «Лезвие из прошлого». Даром что рифф оный остодолбал уже лет десять как. Лично я очень сомневаюсь, что такой эффект у Forteresse получается умышленно. Почему-то мне кажется, что они на самом деле редкостные лабухи, которые невероятным совпадением уловили верный нерв и бессовестно его эксплуатируют с минимальным отступлением от генплана. И вот главный вопрос: существует ли категория стыдного удовольствия? А если да, то применима ли она к музыке?

Absu — Abzu



Я открыл главную страницу ЖЖ и недовольно нахмурился. Рассеянный, будто струя мочи из пьяного, взгляд на сегодняшний «вопрос дня», посвященный пидорам, выловил то обстоятельство, что оный как раз окотился шестьюстами шестьюдесятью шестью ответами. И нет никаких сомнений, что пидоры не имеют ни малейшего отношения к теме сегодняшнего монолога. А число звера — только опосредованное. Так уж вышло.

Какие у вас отношения с очень четырехлитерной формацией из Техаса? Два против семи, что никаких. Будем объективны: единственным достоинством Absu до четвертого октября подыхающего две тысячи одиннадцатого была обложка предыдущего альбома. А до выхода оного достоинства отсутствовали вообще. Да, друзья, Tara тоже был дерьмом, а если вы считаете иначе, то вас подло обманули. Причина столь невыразительного представления мне видится в излишней навороченности концептуального конструкта. Названия треков из двадцати слов тут даже не на первом и не на втором: нормальный человек от композиции по имени In the Name of Auebothiabathabaithobeuee ожидает зажигательного шлягера в духе… в духе какой-нибудь другой хорошей блэкотрэшевой группы, конкретные примеры с участием хотя бы одной такой я сейчас вспомнить не в состоянии. А его в ответ пичкают резвым, но совершенно безжизненным дрын-поносом со смущающими извилину песнопениями про неких Барзай, Котх и даже, прости господи, Йебсу. Что за товарищи, не поясняется. В общем, тьма.

Фишку эту гражданин Проскриптор Макговерн просек не до конца. Неймется субчику излить в души причастных как можно больше Энума Элиш-побасенок, которые даже в оригинале являются дикостью редкой, а вкупе с локализаторскими талантами маэстро Гивенса и вовсе превращаются в черт знает что. Что было бы терпимо, обладай он хоть какими-то вокальными данными. Однако хрен. И посему внимать простым и понятным мантрам типа «Витриол Абраксас Икснубис Мейтрас» приходится с некоторым неудовольствием.

На этом месте бородавкой на заднице появляется интересный вопрос: а коли так, нельзя ли ударить подсудимого лопатой по затылку и надругаться над трупом? Можно — вот ответ. Но не сейчас, а когда-нибудь потом. Придется как минимум ждать до грядущего через два года Opsu (сверхъестественная фантазия Макговерна хлещет прорванным гидрантом: это вам не стереотипный дундук вроде «Форест оф Сатаник Хэйт», это настоящий дадаизм от кутюр), потому что на Abzu в люди внезапно вышел…

Вышел Melechesh. Только совсем другой и зеленый, а не желтый, но я его — родного — узнаю по походке. (В связи с чем возникает любопытный вопрос номер два — и не стесняйтесь задавать его знакомым в Forspring Me — если Absu это блэкотрэш, а Melechesh это блэкодэт, а играют они одно и то же, то кто в доме идиот?) По части тяжести беглые евреи, конечно, старину Проскриптора уделывают. Ну так и логично: их же четверо, а он один плюс два придурка. По части масштабности и отсутствию грузной историко-культурной программы тоже. И по… Впрочем, ладно. На самом деле Abzu — экстракт одного единственного трека с Epigenesis, выращенный до самостоятельного релиза с использованием продвинутой евгенической системы. Помните те трэшанутые аккорды в (название трека было вычеркнуто, чтоб скрыть мои позорные провалы в памяти)? Сегодня играть такое — удел колумбийских даунов, но в обертке из шумерского контекста так свежо выходит, что аж окна запотевают. Откуда-то из глубин утробы вылезает даже давно потерянное желание помотать башкой в такт (главное, чтоб никто не дай бог не заметил). Вот вам и «Шар шади иль Энлиль ана каккаб шу ги икабби». То есть раздражает, конечно, но вполне по силам это не заметить.

Что теперь? Теперь небольшое саммари. Бывают группы, к которым очень хочется относиться хорошо, даже несмотря на их тотальное убожество. И весьма часто бывают. Даже чересчур часто. Но Absu, к счастью, не из них. И это круто.

Если кому-то вдруг интересно, я жив.
Вот уже… эээ… Какое бишь число сегодня? Ну неважно, с четырнадцатого числа я обретаюсь в Москве. Живу тут. Выживаю.
Все наблюдения, исторгнутые городом в меня за это время, я скомкал и выкинул — уж больно они похожи на рядовые откровения забредшего на чужой праздник жизни колхозника.
С некоторым удивлением я нашел, что сам по себе экзистенциальный процесс здесь может протекать по тем же руслам, что и там — лежать на кровати, рассматривая трещины в потолке, в Москве не сложнее и не менее интересно, чем в Екатеринбурге, как бы осознание этого факта не печалило патриотов шестьдесят шестого региона.
Надписи «Россия колония жидов» и «Путин кровавый тиран» тут тоже есть. И вздохи по поводу цен в магазинах извлекаются изо ртов в том числе и явно местной публики.
В общем, все как у нас, только большое и сильно б\у.
Из мелких житейских неприятностей разве что недостижимость интернета из моей конуры и то, что клятый «Мегафон» имеет неприятную особенность не покрывать Ясенево. Даже в собственном офисе ловит через раз. Вот так я страдаю за приверженность брэнду.
А у вас как дела?

И снова с вами дайджест прослушанного от любимого меня. Сегодня мне особенно лень стучать по клавишам, вкладывая в это действие какой-то осмысленный месседж, так что будет совсем просто.

Arckanum — Helvítismyrkr (black metal). Да. Да.
Corpus Christii — Luciferian Frequencies (black metal). Скорее да.
Kamchatka — Bury Your Roots (stoner/blues rock). Да. Да.
Neon Indian — Era Extraña (chillwave/chiptune). Скорее нет.
Talanas — The Waspkeeper (progressive death metal). Да. Да. Да!
White Hills — H-p1 (psychedelic rock). Да. Да.
Anathema — Fallig Deeper (atmospheric rock). Неееееет!11
Nightrage — Insidious (melodic death metal). Да.
100blumen — Le Soleil N'est Pas Pour Nous (rhythmic noise/ambient). Нет.
Galaxion — Aftershock (melodic trance/chiptune). Да. Да.
Imperative Reaction — Imperative Reaction (ebm). Да. Да!
Вот так вот.

Некоторые люди ждут от меня подробностей о процессе моего пребывания вне зоны доступа. А я не совсем понимаю, что тут можно сказать. Тем более, что я по своему опыту прекрасно знаю, в насколько разных чанах варятся люди, часть чьей жизни крепко связана с такими променадами, и люди, выезжающие из города раз в три года. No connections. Так что обойдетесь.
Все что я могу сказать, к непосредственно теме моей теперь уже бывшей работы имеет отношение опосредованное. Типа, длительное отсутствие приводит в норму пружину весов. Типа, появляется шанс взглянуть со стороны на мирскую суету. Типа, среда позволит произвести какие-то реформы своего содержания.
Чушь собачья.
Правда, кое-что тут есть. Никогда раньше я не чувствовал столько презрительного отвращения к людям, пасущимся вокруг меня. Но оно потихоньку рассасывается.

Здрасьте.
Я явился несколько раньше обещанного.
Это рабочий момент, я не хочу о нем говорить.
Рассказывайте, как оно.